Украинское общество постоянно волнуют проблемы сложного и противоречивого пути становления, деятельности репрессивной тоталитарной системы, которая оставила свой след на украинской земле и искалечила судьбы миллионов невинных людей. За годы сталинского террора многие из них невинно были казнены и замучены в лагерях. Далее на yes-khmelnytskyi.
Что стало причиной репрессий советской властью?
В условиях свертывания новой экономической политики, проведение сплошной коллективизации значительно снизилось внимание к решению проблем национально-культурного развития края. Именно тогда начали отчетливо проявляться тенденции командно-административной системы, которые в условиях становления репрессивно-тоталитарного режима все провалы в осуществлении коллективизации и других мер сталинского руководства возлагали на “вредителей”, “двоерушников”, “замаскированных врагов”, “классово враждебные элементы”, “националистов” и так далее. Постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 14 декабря 1932 года содержало требования репрессий, вплоть до высочайшей степени наказания относительно контрреволюционных элементов. Как результат, были начаты массовые чистки учреждений. К усилению репрессий, в частности, среди интеллигенции, постоянно подталкивали постановления ЦК ВКП(б) и комитетов местных парторганизаций. Осуществление “проверок” возлагалось на специальные комиссии, в состав которых входили представители партийных комитетов, Наркомата образования, работники ГПУ. Целесообразность этой работы была предопределена тем, что в результате образования новых техникумов организации курсов краткосрочной переподготовки учителей в регионе значительно возросла численность молодой польской интеллигенции. Процесс омоложения и обновления состава учителей в большинстве районов проходил при ослабленной бдительности и безразличном отношении отделов народного образования к делу о подборе кадров. В материалах оргбюро было отмечено, что проверками охвачено 815 человек в 42 районах края, выявлены факты “засоренности” школ антисоветскими элементами. Согласно рекомендациям комиссий, было принято решение о снятии и замене 83 человек и дополнительное изучение еще 70 человек. Среди этого контингента 33 человека имели связи за границей, 49 – были эмигрантами, 19 – находились во вражеских армиях, 27 – по происхождению были представителями эксплуататорских классов. В Городоцком районе было запрещено проживание лиц, прибывших из-за границы, в том числе вернувшихся из Польши учителей.
Какие последствия имели проверки в государственных учреждениях?
Как правило, проверки заканчивались тем, что выявлялись враждебные “элементы”, увольняемые с работы и подвергавшиеся репрессиям. После проверки Славутской польской семилетки комиссия заключила, что учителя школы “проводили националистическую работу среди родителей и других жителей города”. Директор школы А. И. Фурс после этого был уволен с работы, арестован, обвинен в контрреволюционной деятельности и приговорен к трем годам заключения в лагере. В сложных условиях работал недавно созданный польский Проскуровский педагогический техникум. К началу 1933 года дела с набором в учебное заведение были под угрозой срыва. Заявления подали только 50 человек вместо 90 человек. На трехмесячных педагогических курсах подготовки учителей младшего концентра изъявили желание поступить 15 слушателей из 25 запланированных, старшего концентра — 6 вместо 30. 15 февраля 1935 года секретариат ЦК КП(б)У в постановлении “О проверке состава студентов польских педтехникумов в Киеве и Проскурове” культпропа ЦК КП(б)У вместе с Наркомосом в течение декады проверить состав студентов и “отсеять часть, которая не успевает академически”, а после проверки “ликвидировать Проскуровский польский педтехникум и перевести студентов техникума в Киевский польский педтехникум”. Сотрудники управления НКВД раскрыли “технологию” формирования “резидентов и шпионов” в Каменец-Подольской тюрьме. Только в одной Каменец-Подольской области за год разоблачили 10 тысяч польских шпионов. 80% уголовных дел направлялись на заседание особой тройки – и арестованных, как правило, расстреливали. Архивные дела репрессированных дают основания утверждать, что руководство областного управления НКВД стремилось ублажать московское и киевское начальство. Для этого они фальсифицировали протоколы и уголовные дела, выбивали физическим путём доказательства, создавали при этом бутафорскую рабочую деятельность по борьбе с разного рода антисоветскими элементами.
Одним из обвинений интеллигенции была популяризация национализма
В то же время с ликвидацией учебных и других заведений проходило закрытие польских клубов, библиотек, СМИ. Оснований для этого было немало. Начиная со второй половины 1934 года, польскоязычные районные газеты начинают обвинять в пропаганде идей национализма, хотя на самом деле таких публикаций не было. Славутскую газету “Пограничная правда” обвинили в националистической пропаганде только потому, что в сентябре во время подписной кампании на последней странице газеты был напечатан призыв к подписчикам “Каждый, умеющий читать по-польски, каждый поляк должен читать польскую газету!”. Именно из-за такого “националистического” уклона секретарь райкома партии Левицкий запретил распространение крамольного номера газеты. Весь тираж был изъят и уничтожен. Обращая внимание на просчеты, которые имели место в работе коллективов редакций польскоязычных газет Подолья, и недостаточную базу читателей, секретариат ЦК КП(б)В 1 февраля 1935 принял постановление “О реорганизации сетки районных польских газет”. В Шепетовском, Полонском и Бердичевском районах Винницкой области из-за отсутствия достаточного количества читателей, газеты ликвидировались. 3 15 апреля 1935 года прекратился выход газеты “Пограничная правда” в Славуте, был приостановлен выпуск газет “Коллективист пограничья” Проскуровского, “Штурмовик надзбручанский” Городоцкого и “Коммунар пограничья” Волочисского районов. Имущество этих газет было передано редакциям украиноязычных райгазет тех же районов, а шрифты — отправлены центральной польской газете “Глос советский”. По решению партийных комитетов были ликвидированы польские районные газеты, которые издавались в Славутском и Изяславском Шепетовском районах.
Советская власть использовала разные методы для получения доказательств вины интеллигенции
Выискивая шпионов и контрреволюционеров карательно-репрессивные органы прибегали к грубым подтасовкам, во многих случаях довольствовались признанием арестованными мелкой вины, как правило, вещественных доказательств их преступных деяний по делам не было. При проведении реабилитации в период с 1955 года по 1962 год осужденных в высшей степени наказания во внесудебном порядке правоохранительные органы информировали родственников репрессированных об их смерти, не соответствующей действительности. В справках было указано, что осужденные скончались в местах лишения свободы. Регистрация смерти расстрелянных лиц по решению внесудебных органов ставило членов семей при установлении пенсий в неравные условия с членами семей, родственники которых были расстреляны по приговору суда. Анализ архивных материалов позволяет констатировать, что реабилитация жертв политических репрессий, начатая во второй половине 50-х годов 20 века, базировалась на основе партийно-государственных документов, обязывающих правоохранительные органы разработать нормативно-правовые акты для реабилитации различных категорий репрессированных. Восстановление справедливости по отношению к безосновательно осужденным гражданам имело ограниченный характер и проявлялось, как правило, в уголовной реабилитации. Это были первые шаги в процессе формирования юридической базы для дальнейшей реабилитации жертв политических действий.
